Все разошлось на «до» и «после»,
Все расползлось на «да» и «нет»,
Я в этом мае стала взрослой
И потеряла сказки след.
Разбились розовые линзы,
На мониторах — чернота,
И утопические принцы
Сползают с белого листа.
Уже не больно и не страшно,
Сначала виски, после ром,
Потом коньяк, потом… неважно.
И поделом мне, поделом!
Теперь стеклянными глазами
Я не увижу ничего,
Я стала взрослой в этом мае
Из—за Него. Из—за Него…
Все расползлось на «да» и «нет»,
Я в этом мае стала взрослой
И потеряла сказки след.
Разбились розовые линзы,
На мониторах — чернота,
И утопические принцы
Сползают с белого листа.
Уже не больно и не страшно,
Сначала виски, после ром,
Потом коньяк, потом… неважно.
И поделом мне, поделом!
Теперь стеклянными глазами
Я не увижу ничего,
Я стала взрослой в этом мае
Из—за Него. Из—за Него…
У меня нет места, чтобы запомнить твое имя. Моя память забита старыми обидами и ненужными людьми.
Руки шире делаешь, чтобы человека обнять, а тебе нож вставляют, сука, по самую рукоять, и проворачивают раз 5, ибо нехуй было доверять
Ненавижу время после 23:00. Сразу начинают всплывать какие—то проблемы. Или я скучаю по кому—то. Или не хватает чего—то. Или же бесит кто—то. Или ЖРАТЬ ХОЧЕТСЯ ЖРАТЬ!!!
Пока он думал: «Позвонить — не позвонить» кардиограмма превратилась в нить..
Мораль басни такова: cтарайся вовремя найти слова..
Мораль басни такова: cтарайся вовремя найти слова..
Не надо давать надежду людям на взаимные чувства если их совсем нет, ведь вы тратите их жизнь на ожидание вашего ответа.
Иногда один телефонный звонок меняет всю ситуацию.. Впрочем, и не раздавшийся телефонный звонок тоже меняет многое.
Я люблю парня, которому двадцать, максимум двадцать три.
Наглеца у него снаружи и сладкая мгла внутри;
Он не успел обрести той женщины, что считалась бы по руке,
И никто не висит у него на шее, кроме крестика на шнурке.
Этот крестик мне бьется в скулы, когда он сверху,
и мелко крутится на лету.
Он смеется
и зажимает его во рту.
Наглеца у него снаружи и сладкая мгла внутри;
Он не успел обрести той женщины, что считалась бы по руке,
И никто не висит у него на шее, кроме крестика на шнурке.
Этот крестик мне бьется в скулы, когда он сверху,
и мелко крутится на лету.
Он смеется
и зажимает его во рту.
Всё, что ещё неведомо – сядь, отведай.
Всё, что с земли не видно – исследуй над.
Это твоя последняя юность в конкретно этой
Непростой системе координат.
Всё, что с земли не видно – исследуй над.
Это твоя последняя юность в конкретно этой
Непростой системе координат.
А ведь это твоя последняя жизнь, хоть сама—то себе не ври.
Родилась пошвырять пожитки, друзей обнять перед рейсом.
Купить себе анестетиков в дьюти—фри.
Родилась пошвырять пожитки, друзей обнять перед рейсом.
Купить себе анестетиков в дьюти—фри.
высоко, высоко сиди,
далеко гляди,
лги себе о том, что ждет тебя впереди,
слушай, как у города гравий под шинами
стариковским кашлем ворочается в груди.
ангелы—посыльные огибают твой дом по крутой дуге,
отплевываясь, грубя,
ветер курит твою сигарету быстрей тебя...
далеко гляди,
лги себе о том, что ждет тебя впереди,
слушай, как у города гравий под шинами
стариковским кашлем ворочается в груди.
ангелы—посыльные огибают твой дом по крутой дуге,
отплевываясь, грубя,
ветер курит твою сигарету быстрей тебя...
Плюемся люголем, лечимся алкоголем,
Наркотики колем, блядскую жизнь браня.
Свобода же в том, чтоб стать абсолютно голым,
Как голем,
Без линз, колец, водолазок с горлом, —
И кожа твоя была тебе как броня.
Наркотики колем, блядскую жизнь браня.
Свобода же в том, чтоб стать абсолютно голым,
Как голем,
Без линз, колец, водолазок с горлом, —
И кожа твоя была тебе как броня.
Я ношу мужские парфюмы, мужские майки, мужские джинсы,
И похоже, что никому со мной не ужиться,
Мне и так—то много себя самой...
...Так что ты себя там не распускал бы,
Чтобы мне тут сниться, хороший мой.
И похоже, что никому со мной не ужиться,
Мне и так—то много себя самой...
...Так что ты себя там не распускал бы,
Чтобы мне тут сниться, хороший мой.
Я заносил в тетрадь тишину, ночь; я отмечал невыразимое. Я ловил головокружение... Мне следовало бы иметь свой ад для гнева, свой ад — для гордости и ад — для ласки; целый набор преисподних.
Коммунизм и фашизм: Братья или враги?В корзине Записки от скуки Автор: Кэнко—хоси Издательство: Азбука Отгрузка: Сегодня 78 руб.Какое уж тут нарушение техники...Мобильный антивирус Касперского сделает ваш телефон вашей крепостью Вы можете создавать "секретные папки" для особо важных документов и файлов.Победите враждебных бандитов с помощью огромного арсенала оружия, включая гранаты, ракеты и снайперскую винтовку! winrar 4.00 final keygen.
10873500960
скачать маджлнг артефакт без ключа
10873500960
скачать маджлнг артефакт без ключа
Я бегу за своим счастьем.Спотыкаюсь.Падаю.Поднимаюсь.Отряхиваю побитые коленки и продолжаю бежать, даже если кровь, даже если больно.
Так не просят, так не поступают,Так не кинутся под поезда.От ментовки до ментовки,Здраствуй,Гродно,Я — Москва
Большинство людей проживает жизнь, полную тихого отчаяния, проводя большую часть времени на работе, которую они ненавидят, чтобы иметь вещи, которые им не нужны, чтобы произвести впечатление на людей, которые им не симпатичны.